Рейтинг Doing Business: як зміняться позиції України в 2018 і 2019 роках

24-10-2018

За матеріалами delo.ua

В кінці жовтня World Bank опублікує черговий рейтинг Doing Business. Україна, скоріш за все, покращить свою позицію. Проте це може стати останнім позитивним зрушенням перед різким падінням в рейтингу.

Украинские медиа и соцсети то и дело наполняются “зрадами” и “перемогами”, реагируя на различные решения органов государственной власти. Эти оценки часто чрезвычайно поверхностны и субъективны.

При этом запрос на объективную оценку проводимых реформ огромен: насколько нынешняя власть дружелюбна к бизнесу? А если сравнить с предыдущими правительством, парламентом и президентом или более ранним периодом? Кто создает лучшие условия для малого и среднего бизнеса: мы или, скажем, Бразилия?

Практически единственным более-менее объективным механизмом для ответов на эти вопросы пока выступает рейтинг Doing Business. Вот уже 15 лет он позволяет получить и сравнить цифровые показатели разных стран.

Пока индикаторы рейтинга указывают на более чем позитивные результаты Украины. В рейтинге мы растем уже шестой год подряд и, вероятнее всего, вырастем и в этот раз. Благо правительство успело немного усовершенствовать подзаконные акты, регулирующие процедуру строительства и международную торговлю, а парламент — модернизировать процедуру рассмотрения хозяйственных споров. Но, беря пример с домов моды, мы не будем фокусироваться на текущем сезоне, а постараемся ответить на вопрос “что в следующем году?”

А вот тут уже все далеко не так радужно. Рейтинг оценивает период с 1 мая прошлого года по 30 апреля текущего. Результаты этого года будут объявлены 31 октября 2018 года, но половина временного отрезка на следующий этап уже прошло, и полученные результаты не впечатляют.

Из позитивного — Минюст своим приказом исключил необходимость проведения оценки земельного участка при оформлении его продажи между юридическими лицами. При этом получивший огромное количество критики модуль по оценке недвижимости, авторства Фонда госимущества Украины, не должен испортить рейтинг, поскольку применяется только к сделкам с участием физических лиц.

Второй неплохой новостью стало принятие Кодекса о процедурах банкротства. Финальный текст кодекса пока не опубликован, поэтому однозначно предсказать степень его соответствия лучшим практикам, описанным методологией рейтинга, пока сложно. Однако с большой долей вероятности можно рассчитывать, что эффект от внедрения кодекса будет оценен составителями рейтинга только осенью 2020 года просто потому, что он вступит в силу после даты текущего дедлайна для оценки — 30 апреля 2019 года.

Из хорошего пока все, а потому многочисленные заверения власти о готовности решительно внедрить лучшие регуляторные практики, рекомендуемые методологией рейтинга, рискуют в очередной раз остаться нереализованными.

Что мешает?

Ключевая помеха — жадность. К примеру, значительная часть мэров городов не хочет ждать, пока инвесторы начнут деятельность в их городах, создадут рабочие места и заплатят налоги. Они хотят “обилечивать” бизнес сразу на входе, путем взимания в местный бюджет до 10% от стоимости строительства объектов коммерческого назначения. Платеж сей именуют “паевым взносом в инфраструктуру”, хотя ничего общего со строительством инфраструктуры он не имеет и является скорее налогом на инвестиции. Поскольку затраты бизнеса на паевой взнос считаются по показателям города Киева, именно столичные власти выступили объектом повышенного внимания и критики со стороны аналитиков и центральных органов власти, но, несмотря на это, остались главным форпостом защиты существования платежа.

При этом для киевских чиновников все еще остается хорошая новость — в рейтинге не считаются (и в реальности, конечно же, не существуют) Х дол. США за квадратный метр, уплачиваемых бизнесом при выдаче градостроительных условий, Y дол. США за квадратный метр при получении разрешения на строительство и Z дол. США за квадратный метр при вводе в эксплуатацию.

Составители рейтинга исходят из того, что все строительные процедуры — белы и прозрачны и кроме официальных платежей никто ничего и никому не платит. Даже несмотря на то, что переменные X, Y и Z (согласно ничем не подтвержденным и, очевидно, ложным слухам) имеют стойкую тенденцию к постоянному росту.

Да будет свет!

Еще одной настоящей миной отложенного действия является процедура отвода земельных участков под линии электропередач. Дело в том, что один из компонентов рейтинга оценивает скорость и цену подключения к электросети, при условии, что точка подключения находится вне земельного участка заказчика, а потому необходимо прокладывать линию электропередач по коммунальной земле. А вот оформить землеотвод под такие линии у нас — задача, граничащая с фантастикой. Средние сроки реализации уходят за пределы одного года, что делает подключение к электроэнергии чрезвычайно болезненным вопросом для бизнеса.

Воруют-с

Полный провал у нас также в регулировании так называемых “сделок с заинтересованностью”, то есть сделок, которые предприятие заключает с аффилированными лицами (например, с родственниками председателя правления). Основная идея такого регулирования — помешать менеджменту и мажоритарным акционерам выводить прибыль с предприятия, например создавая и используя родственные компании-прокладки. Такими прокладками пользуются как мажоритарные акционеры (оставляя прибыль в офшоре), так и ворующий у этих же акционеров менеджмент, когда без ведома собственников продает товары по заниженной цене или приобретает по завышенной цене у связанных компаний.

Сделки с аффилированными компаниями (по украинскому законодательству “сделки с заинтересованностью”) подпадают под строгий режим контроля и раскрытия информации. Но только вот украинский законодатель отчего-то отступил от мировых практик и целый ряд сделок оставил вне любого контроля.

Например, если председатель правления акционерного общества заключит договор со своей женой — это считается “сделкой с заинтересованностью” и провести ее достаточно сложно. А вот если контрагентом выступит не жена, а принадлежащая ей (или самому председателю правления) компания — тогда закон дает такой сделке “зеленый свет” без проблем и ограничений. Понять логику законодателя в этом вопросе трудно, если вообще возможно.

Большую часть описанных выше проблем решает разработанный Минэкономразвития и BRDO законопроект №8124. Да вот только он (вместе со своей предыдущей версией под номером 6540) вот уже несколько лет лежит в парламенте без какого-либо движения. И очень похоже, что сдвинуть инициативу с мертвой точки сможет разве что существенное падение рейтинга, причем как электорального, так и Doing Business.

Партнери